На АЗС за коктейлем Молотова - В деле о нападении на полицейских свидетели противоречат друг другу и себе

Андрей СКИБА

17 июня 2022, 12:16 |  Криминал

В суде № 2 Костаная 16 июня продолжили рассматривать уголовное дело в отношении костанайцев Амирбека Ануханова, Ерназара Рамазана, Дамира Абулова и Андрея Бурдюка.

Согласно обвинительному заключению, они участвовали в массовых беспорядках 5 января в Сити-центре Костаная, кидали куски брусчатки и бутылки с коктейлем Молотова в полицейских и технику ДП Костанайской области.

В начале заседания судья Сатыбалды ОРАЗБАЙ сообщил, что от представителя потерпевшей стороны - отдела ЖКХ акимата Костаная - Азамата Нуркенова поступило заявление об уменьшении суммы исковых требований с 1 млн 900 тыс. тенге до 86 тыс. тенге. И пояснил - изменение связано с тем, что скамейки были отремонтированы и ремонт обошелся именно в эту сумму. Ранее Нуркенов не мог ответить на многие вопросы стороны защиты, а также обещал предоставить документы, подтверждающие крупную сумму иска.

В суде допросили свидетеля Алихана АСКАРОВА, который 5 января 2022 года сидел в машине, отвозившей Ануханова и Рамазана на АЗС, где они, согласно материалам дела, наполнили бензином пластиковые бутылки. За рулем тогда был его брат Алишер Какимбеков, который 13 июня сообщил в суде, что не уехал с заправки, потому что Ануханов и Рамазан угрожали ему физической расправой. Однако показания Аскарова противоречат тому, что говорил Какимбеков.

- Нам никто не угрожал и ничего такого не говорил, - заявил Аскаров. - Брат им помог, потому что знал Ерназара (Рамазана - "НГ") давно. Я думаю, он хотел им помочь, поэтому повез на заправку и не стал уезжать.

Напомним, Какимбеков также сообщал, что Ануханов и Рамазан сказали отвезти их от АЗС в центр Костаная, на парковке возле магазина Gross попросили у него тряпку и ушли. После чего Какимбеков и Аскаров уехали домой.

По словам братьев, из машины они не выходили, поэтому не видели, в какие именно бутылки Ануханов и Рамазан набирали бензин. Однако оператор АЗС Елена АСАУЛА на допросе в суде сказала, что все четверо парней выходили из машины и находились на улице, когда набирали бензин.

- Они покупали воду и 2 литра бензина, заправились и уехали, - объяснила свидетельница. -  Все вылезли и стояли возле колонки. Как выглядели, не запомнила, они были в медицинских масках. Одеты были в черные шапки. Был ли кто-то в белой шапке, не помню. (О белой шапке, как особой примете Амирбека Ануханова, сообщил в суде 15 июня сотрудник ДП Костанайской области Ардак Тлеукин - "НГ") Оплачивали наличными, тогда можно было только так рассчитаться.

Адвокаты спросили, возможно ли налить бензин в бутылку из заправочного пистолета.

- Воообще не положено, и в пистолете очень большой напор. Сама я не пробовала, не знаю, - ответила Асаула. - Это, конечно же, затруднительно. Но люди могут сами регулировать напор - поставить на нижний уровень, чтобы текло потихоньку.

Свидетель Ерасыл МАРАТ, друг подсудимых Рамазана и Ануханова, которых знает еще со школы, рассказал в суде о событиях вечера 5 января:

- После обеда мы с Ерназаром увидели много людей на площади и пошли туда. Вечером приехал аким, выступил с речью и после этого люди стали провоцировать сотрудников СОБР и вступать с ними в конфликт. Когда силовики стали кидать в нас светошумовые гранаты, мы отступили назад и в это время увидели Амирбека. Мы побежали врассыпную в сторону Казпочты. Стояли там около часа и после этого нас стали поливать из водомета. Полицейские стали задерживать протестующих, мы разбежались в разные стороны и я не мог найти ребят. Затем меня схватили и увезли в Северный отдел полиции. Продержав часа два, отпустили.

Свидетель также сообщил, что Рамазан и Ануханов призывали к мирному митингу и просили собравшихся в центре Костаная людей не применять насилие. Отвечая на вопросы адвокатов, сказал - про коктейль Молотова подсудимые ничего ему не говорили и нападать на полицейских не собирались. После этого прокурор Евгений УРАЗБЕКОВ напомнил свидетелю об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Адвокаты спросили, делали ли подсудимые и сам Ерасыл Марат что-либо противоправное в этот вечер.

- Мы все кидали камни в полицейских, мы собирали их с земли, - ответил свидетель. - В это время мы кричали «Шал, кет!». Аким не хотел выходить к народу, это нас заставило так поступить. Когда сотрудники СОБР кидали светошумовые гранаты, это сильно разозлило людей, в ответ они стали кидать камни. Не только мы, многие кидали. Далее меня закрыли административно на 13 дней - за то, что бросал камни и участвовал в несанкционированном митинге. Я писал явку с повинной. Пришел в отдел полиции в Аулиеколе. Полицейские заставили меня прийти и написать, признать свою вину. Говорили - если не признаю, то посадят моего брата и невестку на 10 лет. Когда забирали из дома, толкнули невестку и она упала.

По словам свидетеля, УСБ ДП Костанайской области по поводу незаконных действий полицейских он не обращался, так как боялся расправы с их стороны.

- Свидетель, в допросе от 8 января вы говорили совсем другое, есть расхождения, - сказал прокурор. - Вы говорили следующее, я зачитаю: «Амирбек Ануханов сказал нам сделать коктейль Молотова, и мы сказали, что он нам не нужен, но он сказал, что будет кидать сам, и попросил нас найти ему бензин. Далее мы пошли его искать и я спросил у водителей, которые стояли по ул. Алтынсарина. Все говорили, что у них нет. Владелец «ВАЗ-2110» дал нам шланг, у меня была мысль отдать его Амирбеку, но, так как не нашел его, я спрятал шланг возле ларька возле «Lazertag». Затем пошел к улице Касымханова, но парней не нашел, и пошел к знакомому. Когда звонил в домофон, меня задержали полицейские». Вы такое говорили? Чему нам верить?

- Да, я говорил такое, так и было, - признал Марат Ерасыл. - Но прошло уже полгода, они были в масках, их лица я не видел. Когда был допрос, я что-то сам говорил, а где-то на меня оказывали давление, я боялся.

Свидетель говорил на казахском, его речь переводили на русский. Он пояснил, что на допросе полицейские сказали ему говорить по-русски: «Все дают показания на русском и ты тоже давай». А он понимает русский язык, говорит на нем, но может неправильно донести какую-то мысль.

Допрос свидетелей продолжится 21 июня.

Фото Андрея СКИБЫ