Переработка мусора в Казахстане зачастую оказывается красивой иллюзией, которую преподносят под видом улучшения экологической ситуации. Но значительная доля отсортированных и переработанных отходов значится лишь в отчетах, а на деле отправляется на полигоны. В результате свалки продолжают расти, а переработчики никак не могут превратить даже пригодное к новой жизни вторсырье в полноценный бизнес.

Переработку мусора начинать нужно с тщательной сортировки, которой в Казахстане почти нет

Совсем недавно об этой проблеме говорил аким Костаная Марат ЖУНДУБАЕВ, заявляя о планах по возвращению мусоровывозящей компании в собственность государства. Он отметил, что в областном центре вся работа с твердыми бытовыми отходами нуждается в модернизации. Особенно полигон ТБО, который почти каждое лето горит и дымит, что опасно для города и очень вредно для экологии.

- Необходимо наладить там переработку мусора или поставить мусоросжигательный завод. Такие проекты требуют больших вложений, и здесь возможностей больше у государства, - пояснил аким.

В рамках проекта «Сжигать нельзя перерабатывать» мы попытались выяснить, кому выгодна такая мусорная схема, что мешает переработчикам улучшать экологическую ситуацию в стране, каких послаблений они ждут от властей и почему с ними не хотят работать частные инвесторы. И как им может помочь искусственный интеллект.

Напомним: в прошлый раз мы рассказывали о проблемах с сортировкой отходов в Казахстане и о том, что она буксует на самом первом этапе, потому в что в стране нет раздельного сбора мусора. Это является большим минусом и для переработки.

 Жемчужина в навозе?

Уровень переработки твердых бытовых отходов в Казахстане недотягивает до показателей, обозначенных министерством экологии. Такие данные опубликовало в прошлом году мониторинговое агентство Energyprom.kz. И хотя согласно декабрьскому отчету министра экологии РК Ерлана НЫСАНБАЕВА доля переработки в 2025 году по сравнению с 2024 годом выросла почти на 3%, аналитики агентства выяснили, что это не совсем так.

В процент переработанного мусора чиновники часто включают всего лишь отсортированные отходы, большая часть которых в итоге все равно попадает на полигоны. Зато цифры создают красивую иллюзию по улучшению экологической ситуации в стране. В реальности же переработчики жалуются на то, что не получают никаких преференций, что делать из мусора новые вещи экономически невыгодно и что на деле вместо помощи получают лишь палки в колеса... И новая тротуарная плитка из переработанных шин или резиновый коврик все равно не доходят до потребителей. Ведь даже качественные отходы в итоге отправляют в утиль.

- Уровень переработки в 2024 году составил 25,8%, в 2025 году этот показатель вырос до 28,6%. В рамках механизма льготного финансирования проектов из средств утильсбора одобрено 63 проекта в сфере управления отходами. Из них 22 уже профинансированы на сумму 89,4 млрд тенге (всего предусмотрено 185 млрд тенге). Это и мусоровозы, и сортировка, и переработка отходов. Реализация планируемых проектов позволит достичь 40% переработки отходов к 2030 году, - отчитался в конце прошлого года Нысанбаев.

Однако аналитики Energyprom.kz посчитали, что из более 4,5 млн тонн ТБО лишь чуть больше трети - 1,3 млн тонн - прошли через сортировочные линии, остальные сразу складировались на полигонах ТБО.

Проще говоря, сортировка - это не переработка. И если просто разложили по разным контейнерам, но ничего из него не произвели, а свалили на полигон, доля сортировки от этого не вырастет. Но в официальной статистике эту разницу не хотят замечать.

- В процентном соотношении это как раз таки 29%. Во многих отчётах именно этот показатель представляется как доля переработки, однако если быть точными, это всего лишь доля отсортированных отходов. Между тем разница между этими понятиями принципиальна, - отмечают эксперты Energyprom.kz.

Из этих 1,3 млн тонн отсортированных отходов более 37,1%, что составило 490,4 тысяч тонн, были захоронены.

«Можно ли этот огромный объём ТБО считать переработанными отходами, если они, пройдя через сортировочные линии, всё равно отправились на свалку?» - задаются вопросом аналитики. И отмечают, что в реальности долю переработки мусора можно назвать не иначе, как «жемчужиной в навозе».

Реальные цифры переработки мусора в Казахстане действительно гораздо ниже и уж точно недотягивают до показателей, намеченных властями.

Впрочем, главный эколог страны Ерлан Нысанбаев этого не отрицает. И отмечает низкую экономическую привлекательность сектора сбора, перевозки и переработки ТБО. По его мнению, предпринимателям не интересно заниматься этим «зарегулированным» бизнесом, прибыль в котором зависит от того, одобрят ли антимонопольщики повышение тарифа на вывоз мусора. Нередко уровень тарифов не покрывает даже затраты, не говоря уже о средствах, необходимых для инвестиций в развитие.

По данным министерства экологии РК, в 56 из 211 городов и районов РК стоимость услуг по вывозу мусора и вовсе не пересматривалась с 2021 года.

По словам главы этого ведомства, один из вариантов решения - это введение предельного уровня тарифов, которые были бы экономически привлекательными для бизнеса. Это означает, что в случае, когда существующий тариф становится нерентабельным, сервисная компания сможет подать заявку на возмещение разницы между текущей и экономически выгодной стоимостью услуги. Но это предложение пока находится на стадии рассмотрения.

Другая причина, влияющая на качественное развитие переработки вторсырья, по данным аналитиков, - это недостаток инвестиций на всех этапах: от сбора мусора до производства конкретных материалов из отсортированных и переработанных ТБО.

Почему в казахстанских переработчиках не заинтересованы ни частные инвесторы, ни государство?

 ИИ вам в помощь

По этому поводу мы дали возможность высказаться переработчикам, представителям частных фондов и экологам.

Автоматизированная сортировочная станция в Алматы проработала в тестовом режиме три месяца

Крупный и интересный проект по переработке мусора недавно заработал в Алматы. Правда, только в тестовом режиме. Он представляет собой станцию, автоматизирующую процесс сортировки мусора для получения и реализации качественного вторсырья. За месяц разработчики проверили механизм сортировки, отработали систему поступления отходов, протестировали режимы работы с оператором. Следующий этап - обучение и подключение ИИ-моделей.

- Станция разрабатывалась как пилотное решение, - рассказывает директор ТОО UPITER Global Systems, соучредитель в ТОО Orda EcoTech (владелец проекта и продукта) Константин СМИРНОВ. - На данном этапе сортировка предполагается под контролем оператора, что позволяет обеспечить стабильную работу станции и накопление качественных отходов. Но текущий статус проекта - это подключение искусственного интеллекта для распознавания фракций отходов, управление роборуками с целью замены человеческого труда роботами.

Сейчас Константин Смирнов в поисках инвестиций для ее подключения к ИИ

Он объяснил, что проект реализуется командой инженеров и разработчиков ТОО UPITER Global Systems, ТОО Orda EcoTech, ТОО «Экосервис-с» как мини-станция, помещающаяся в один контейнер для городской инфраструктуры с возможностью масштабирования на другие регионы.

Проект задумывался в связи с тем, что сейчас в Казахстане значительная часть отходов либо не сортируется, либо сортируется неэффективно.

- Наш проект показывает, как можно снизить нагрузку на полигоны, повысить долю качественного вторсырья, сделать процесс сортировки управляемым и прозрачным, а также подготовить инфраструктуру для внедрения ИИ в коммунальной сфере, - отмечает Смирнов.

Искусственный интеллект будет распознавать фракции отходов с помощью камер, автоматически принимать решения по направлению фракций. Это позволить снизить влияние человеческого фактора и повысить скорость и точность сортировки.

- ИИ рассматривается не как эксперимент, а как логичное продолжение уже работающей системы. Но даже без ИИ станция остаётся полноценным рабочим решением - с операторским управлением, с прозрачным учётом потоков отходов, с возможностью масштабирования и модернизации, - говорит руководитель проекта.

 Инвесторы не заинтересованы?

Проект Константина Смирнова может стать первым в стране примером того, как можно сортировать и перерабатывать мусор без участия операторов. Но интересен он не только этим. Это один из немногих экологических проектов, который поддержал частный инвестор.

- С 2022 года нас поддерживает инновационный кластер «Астана Хаб» в части налоговых льгот. Один пакет инвестиций мы получили от QazInnovation - национального агентства и единого оператора в области инновационного развития Казахстана, подведомственного Министерству науки и высшего образования РК. Но этих инвестиций пока мало. На подключение станции к ИИ их не хватило, поэтому мы в поиске новых, - признает руководитель проекта.

Не слишком большую поддержку от частников он объясняет тем, что инвесторы хотят отлаженный продукт и поставленный бизнес.

- А пока мы только развиваем продукт, никто не решается зайти, - говорит Смирнов. - Нам нужны нормальные инвестиции на создание итогового варианта станции (без оператора), потом для создания своего завода по производству станций и масштабирования. Но их пока никто не дает.

В самом инновационном кластере «Астана-Хаб», поддерживающим IT-стартапы, пояснили: «У нас есть программа AI’prenuers, где команды с нуля создают ИИ-стартапы и формируют команды. Все желающие могут подаваться и развивать свой проект совершенно бесплатно».

По словам Смирнова, такой формат ему не подошел, потому что акселерация должна находиться в столице, а его проект - алматинский.

В другом частном венчурном фонде Most Ventures, который поддерживает много стартапов по всей Центральной Азии, коротко пояснили: «Мы поддерживаем только действующие технологические бизнесы». От более подробных разъяснений в фонде отказались, сославшись на то, что на данный момент в сфере экологии стартапов у них нет.

В целом частные фонды выставляют слишком много условий переработчикам для получения инвестиций, что тоже тормозит процесс. И пока проект не приносит деньги, он составляет большой риск для инвесторов.

Фонды ответили очень кратко, поэтому приводим их позицию как есть. Возможно, стартапы участников недотягивают до качественных проектов. Возможно, фонды считают их бесперспективными. Ведь частники хотят вкладывать деньги в то, что гарантированно приносит прибыль. А сфера сортировки и переработки требует очень больших средств и длительной отдачи - не все фонды могут себе позволить много вкладывать и долго ждать маржи.

 Государство помогает, но мало

Этот факт подтверждает и то, что на данный момент переработчикам выгоднее сотрудничать с акционерными обществами, подконтрольными государству, такими как АО «Национальное агентство по развитию инноваций QazInnovations или АО «Жасыл Даму» - компанией, занимающейся комплексным управлением отходов в Казахстане. Одни дают небольшие инвестиции, другие - льготное кредитование.

Дробилка немецкого производства, которую установили в Рудном, первая в стране

К примеру, переработчик из Костанайской области получил сразу несколько кредитов на 15 лет под 3% годовых. Один из них - на покупку первой и пока единственной в стране дробилки немецкого производства.

- Она выглядит очень компактно, но производительность у нее огромная - около 80 тонн строительных материалов в час, - объясняет рудненский предприниматель Ренат ИШБУЛАТОВ. - Это пятиэтажное здание за неделю. На ней меняются валы и она способна перерабатывать разные материалы - от железобетона до древесины и резины и другое.

Но пока, по словам Рената Ишбулатова, используется только  в нуждах предприятия

Если на дробилке еще установить бетоносмесительный узел, ее можно будет использовать для изготовления ФБС (фундаментные блоки сплошные) и другого. Но пока что она в процессе наладки. Дробилка установлена рядом с современным мусоросортировочным комплексом, который Ишбулатов тоже приобрел за счет льготного кредитования АО «Жасыл Даму». Следующим этапом может стать как раз переработка отсортированных отходов, так как, по словам рудненского бизнесмена, экономически она гораздо выгоднее. Но для того, чтобы понять, какого мусора больше всего сортируется в пригодном выгоде и из каких отходов можно наладить переработку, нужно время.

- Исходя из этого, мы поймем, переработкой каких отходов займемся в первую очередь. Для этого планируем снова обратиться в АО «Жасыл Даму», чтобы взять еще один льготный кредит для покупки уже мусороперерабатывающего комплекса, - объясняет свои риски Ишбулатов.

Только на то, чтобы понять, какой мусор выбрать в качестве вторсырья, нужно год - полтора. Постановка на рельсы сложного процесса переработки с учетом покупки дорогостоящего оборудования и его наладки займет еще несколько лет. Плюс научиться получать качественный готовый продукт и найти рынки для его сбыта. Реальная прибыль откладывается лет на 10-15. С этим связаны и столь долгие сроки кредитования от АО «Жасыл Даму» - чтобы предприниматель не только мог раскрутиться и отдать долги, но и остаться с достатком. Иначе интерес к таким проектам пропадет вовсе. Не каждый частный фонд готов ждать е0 лет окупаемости, чем, видимо, и объясняется их осторожной подход к сфере экологии.

Хотя мировая практика показывает: переработка отходов может быть успешным бизнесом. Среди таких примеров - Rubicon Global. Платформа управления отходами для бизнеса привлекла более $500 млн инвестиций, работает с Walmart, Starbucks. AMP Robotics. ИИ-сортировка мусора, десятки миллионов долларов инвестиций, используется в муниципалитетах. Или Recycle Track Systems - цифровизация мусорных потоков, инвестиции от Goldman Sachs.

Но такие модели качественно работают при соблюдении нескольких факторов: толковых стартапах, прозрачном финансировании и понятных правилах игры со стороны государства.

 Законы не работают

В Казахстане же даже готовые законы, которые создавались, чтобы сделать экологию чище, а мусорный бизнес прибыльнее, на деле не работают. И в этом экологи видят корень проблемы.

- На начальном этапе, когда этот проект только становится (стартап или студенческий проект), ему нужна помощь в любом случае. От бизнеса или государства. Либо тебе нужен инвестор, который вкладывается, либо государство создает какие-то преференции, - говорит эколог, директор казахстанского фонда Greenup.kz и сооснователь движения Recycle Birge Алия САЛЬМЕНОВА.

Но зачастую инвесторы хотят чуть ли не сиюминутную прибыль, а государство не спешит менять законы, которые реально бы помогали поддерживать переработчиков. Усугубляет ситуацию и то, что даже те условия, которые создавались в помощь переработчикам и прописаны на бумаге, на деле тоже не работают, констатирует эксперт.

- Например, должен быть закон о раздельном сборе отходов. Вернее, закон есть, а самого раздельного сбора отходов нет. Есть у нас дотации от государства, которые положены перерабатывающей отрасли за счёт утильсбора. Сам утильсбор есть, и как бы этот механизм прописан, и даже утилизационный сбор собирается, но его никто не получает. Вот такие моменты очень портят ситуация с переработкой. Но я искренне верю в то, что бизнес можно развить, но в него надо много вкладываться, - резюмирует Сальменова.

 Льготы так и не дали

Государство признаёт: особых льгот для переработчиков мусора в Казахстане нет. Хотя о проблемах отрасли там знают и говорят уже не первый год.

Мы прямо спросили у представителей департамента экологии Костанайской области: что мешает переработке расти и как государство может помочь бизнесу? 

Ответ оказался простым: переработчикам нужны изменения в законах - в первую очередь налоговые.

- Это налоговые преференции для предприятий, которые перерабатывают вторсырьё. Например, возможность зачёта НДС на сырьё, - пояснила специалист департамента экологии Асель ШАЛТАЕВА.

Если объяснить без сложных терминов, ситуация сейчас выглядит так:

- мусор и вторсырьё в Казахстане чаще всего собирают мелкие предприниматели;

- они не платят НДС;

- поэтому им выгоднее продать пластик, бумагу или металл за границу, а не внутри страны;

- казахстанские заводы по переработке остаются без сырья.

В итоге мусор из Казахстана уезжает в другие страны, а переработка у нас не развивается.

Чиновники признают: если бы переработчикам разрешили учитывать НДС на сырьё, то вторсырьё перестало бы утекать за границу, а строить перерабатывающие заводы стало бы выгоднее. «Для бюджета это не потери - НДС уже был уплачен раньше», - отмечают в департаменте.

Ещё одна идея, которую предлагали экологи и переработчики, - налоговые льготы на прибыль. Проще говоря: если компания вкладывает доходы в новые линии и заводы - не забирать у неё за это налоги.

Но дальше разговоров дело не пошло.

- В новом Налоговом кодексе льготы для переработчиков отходов не предусмотрены, - сообщила и. о. руководителя департамента экологии Зиада БИСХАЛОВА.

На практике это означает, что поддержка есть у мусорных полигонов, но не у переработки. И в этом - ключевая проблема.

Полигоны остаются прибыльным бизнесом. При этом, как показывали журналистские расследования, они часто связаны с влиятельными людьми.

Так, по данным расследования Shishkin.like «Кто зарабатывает на мусорных полигонах?», один из крупнейших полигонов страны находился под контролем дочери экс-президента Алии Назарбаевой. В Костанае учредителем полигона ТОО «2х2» много лет был депутат областного маслихата Данияр Мирасов - сын бывшего акима города.

Это не единичные случаи. Большинство владельцев свалок скрыты, и узнать, кто на них зарабатывает, непросто. Сегодня переработка проигрывает полигонам, потому что правила игры выгоднее для свалок. И пока они не изменятся, вряд ли удастся делать полноценный бизнес на отходах.

Фото автора