Спорили аграрии, хотя нормы будущего закона распространяются на всех, кто берет нашу общенародную собственность в производственную аренду. Но львиная доля ответственности за состояние земель в Казахстане ложится, конечно, на сельскохозяйственный бизнес. Тем более что одна из целей, указанных в преамбуле законопроекта, - обеспечение устойчивого землепользования.

В Костанае подсолнечник стал наглядным пособием при обсуждении закона о защите почв / Фото direct.farm

Не с чистого листа

Сейчас проект внесен в мажилис, оценивая его, депутаты обращаются в профильные бизнес-объединения. В Костанайской области с подачи мажилисмена Альберта Рау с законопроектом ознакомились члены Ассоциации сельхозпроизводителей и предложили обсудить его на заседании отраслевого совета по вопросам АПК региональной палаты предпринимателей.

Для бизнеса требования государства по защите плодородия - не новость. С 2011 года в РК действуют правила рационального использования земель, принятые ради того, чтобы затормозить и даже повернуть вспять процессы их деградации. Однако к 2023 году, когда сенатор Закиржан КУЗИЕВ предложил разработать закон об охране почв, официальная статистика была такова: более 75% территории Казахстана страдает от деградации земель (не только сельскохозяйственной - «НГ»), а оставшиеся 25% плодородных почв находятся под угрозой потери своих свойств. В досье родившегося после этого законопроекта, кстати, указано, что аналогичные законы действуют в Молдове, Кыргызстане, Таджикистане, Узбекистане и были изучены.

«Чего нам бояться?» 

Но первое, что отметили в Костанае, - минимум отсутствия конкретики в представленном документе. В этом сошлись и представители госорганов, и бизнес.

- Мы ознакомились с законопроектом. Понятия, компетенции прописаны, а конкретики нет, нет четких критериев для оценки состояния почв, - отметила руководитель департамента по управлению земельными ресурсами по Костанайской области Динара ТУРСУНБАЕВА, - например, пункт 14 статьи 1 говорит о необходимости иметь проектную документацию по охране почв. Но, что она должна включать, непонятно.

- Законопроект надо рассматривать одновременно с проектом подзаконных актов, - высказала мнение директор Ассоциации сельхозтоваропроизводителей Костанайской области Светлана МИХАЙЛЕНКО. - И что этот закон несет нового в сравнении с правилами, внутрихозом (требования по внутреннему землеустройству, предъявляемые хозяйствам - «НГ»)? Чего нам бояться? По поводу мониторинга состояния почв нет ясности. Мы так понимаем, что его будет проводить государство. Или же в какой-то части это делегирует нам? Четко не прописано. Я коллегам направляла данные: 1 проба стоит от 12 до 15 тыс. тенге на площадь 25 га. Если хозяйство обрабатывает 200 000 га, то, чтобы его обследовать, надо будет 120 млн тенге... В статье 11 указано, что нужно использовать сельхозтехнику, которая оказывает минимальное негативное воздействие на почвы. Что это за техника? У фермера, допустим, 2 000 га, а трактор стоит 800 тыс. долларов. Это реально? Нет, если погружаться в законопроект, то только с документами, чтобы четко понимать нашу ответственность. Отдельно нельзя.

Фактов нет

Что имеем сегодня? По данным департамента по управлению земельными ресурсами, анализы состояния почв за 2024-2025 годы показали, что на территории области существенного снижения плодородия не отмечено. Надо понимать, что речь только об обследованных площадях. На сколько государство деньги выделило, со стольких и брали пробы.

- Согласно Правилам рационального использования земель, при снижении содержания гумуса на 5%, азота, калия, фосфора на 20% можно говорить о существенном снижении плодородия, - напомнила Динара Турсунбаева, - и если будут подтверждающие это материалы почвенного обследования, тогда мы будем реагировать - приступать к проверке данного предприятия. Пока таких фактов нет.

А начальник отдела правового обеспечения департамента по управлению земельными ресурсами Татьяна СОБОЛЕВА пояснила алгоритм дальнейших действий и то, почему механизм на конечный результат - восстановление плодородия почв - практически не работает.

- Допустим, мы выдаем предписание после зафиксированного снижения плодородия. Фермер после этого внес удобрения, и тем дело кончилось. Но восполнить дефицит за год невозможно, мы все это прекрасно понимаем. Так что через год, а закон нам столько времени отводит, мы должны констатировать, что нарушение не устранено. И в соответствии с нормами Земельного кодекса требовать изъятия земли через суд, - сказала она, - но повторюсь, все понимают, что получить результат за такой срок нереально. Поэтому исков нет. Я работаю с 2007 года и ни одного такого иска не помню. И что нам говорит в вязи со сложившейся ситуацией Комитет по управлению земельными ресурсами МСХ РК? Что будут разработаны методические указания. Видела их черновой проект. Будет создаваться комиссия, в которую войдут представители местной власти, управления сельского хозяйства, государственного предприятия ГИПРОЗЕМ, агрохимслужбы, общественных организаций. И если вы во исполнение предписания производили закуп и вносили химические удобрения, но отследить существенные изменения в составе почвы невозможно, то комиссия будет рассматривать только документы, подтверждающие ваши действия. Но пока это намерения. Может, срок действия предписания будет увеличен. Не год, как в Земельном кодексе прописано... Мы со своей стороны что-то тоже можем предложить в законопроект. Но, как и вы, ни одного подзаконного акта не видели. На 18 статей их как минимум 20 нужно будет принимать.

 Тонкая вещь

Часть предпринимателей придерживается мнения, что сам подход к разработке закона - изначально мимо цели, его концепция вообще не стимулирует грамотную, вдумчивую и длительную работу с землей.

- У меня какой взгляд на это: я по специальности ученый агроном и руководствуюсь в своей работе законами почвоведения, разработанными еще Докучаевым, Вернадским, - сказал руководитель ТОО «Мелитопольское» Эдуард ДВУРЕЧЕНСКИЙ. - Если я хочу поддерживать плодородие почвы, то я разрабатываю систему земледелия, систему питания. Но мы же сейчас не агрономический эффект обсуждаем. Как бы его повернуть в правильное русло - что закон должен работать на производство, а не на то, чтобы тебя наказать или в суд затащить. Есть грамотные фермеры, есть неграмотные. Есть юристы, которые стали фермерами, и таксисты... Что только с почвой реально не делается, как только она не угробляется. Например, подсолнечник - культура, которая колоссально истощает почву, ее нельзя возделывать, не применяя севообороты. Вот нам бы в этом плане фермеров продвинуть, а у нас научных конференций не проводится, профессора в мероприятиях не участвуют, ОПХ этим не занимается. Как бы в этом направлении нам поработать.

Двуреченский также обратил внимание на то, что механизмы, действие которых закладывается в закон, уже на стадии разработки не учитывают современные тенденции.

- Когда мы получаем очерк (отчет по почвенным пробам - «НГ») от наших лабораторий, мы видим: у нас столько-то азота, фосфора, некоторых микроэлементов, но когда мы стали отправлять в Европу наши анализы почвы, то там обращается внимание на доступность этих веществ, - сказал он. - Здесь нам говорят, что фосфора достаточно, не надо вносить, а там - что у нас труднодоступная форма фосфора, который влияет на корневую систему, и мы должны над этим работать. Второй момент: те препараты, которые влияют на плодородие почвы - листовые подкормки, биологические препараты, микроэлементы - не входят в список субсидируемых.

Коллегу поддержал директор ТОО «Сарыагаш» из Денисовского района Утеген МУРТАЗИН, который сказал, что плодородие почвы - тонкая вещь, зависит от длительной системной работы и при этом подвержено влиянию факторов, которые от фермера не зависят. Например, в острозасушливые годы, когда у нас к жаре присоединяются суховеи, обязательно будет отмечаться снижение количества гумуса, ветровая почвенная эрозия. Вопрос: климатический фактор для разных зон будет учтен в законе?

- Говорим про севообороты. А государство уже несколько лет что диктует - делайте упор на масличные культуры. Вынос всех полезных веществ? Да. Зато цена - или 200 тысяч за тонну семечки, или 70 тысяч за пшеницу, - сказала Светлана Михайленко, - почему фермер в масличку идет, потому что там высокая маржинальность. Но тогда это надо утрясти с Продкорпорацией, чтобы не было шараханий.

Так что предприниматели хотят, чтобы закон «О защите почв», в конце концов, увязал множество факторов, чтобы подходы к его доработке были современными и к ним были привлечены представители аграрной науки. Кроме того, считают, что его «карательный уклон» необходимо смягчить.

Например, пункт 8 оговаривает ответственность за непринятие мер по восстановлению загрязненных и подвергшихся деградации земель. В числе этих мер прекращение субсидирования, наложение штрафов или многократное увеличение ставки налога.

Костанайские предприниматели считают, что закон, прежде всего, должен включать меры профилактики, консультирования, предупреждения.

Уже имеющиеся предложения будут направлены в МСХ и мажилис. Аграрии ждут проектов подзаконных актов, чтобы вернуться к более предметному обсуждению законопроекта.