Пшеничное зерно раздора

Ольга ЛИХОГРАЙ

Между экономическим и административным рычагами влияния на цену хлеба власти выбрали последний

Страна получила рекордный урожай зерна, а реальная себестоимость булки хлеба выросла в 2 раза. Парадокс, но только на первый взгляд. Специалисты объясняют это экономическими законами, а в это время власти удерживают цену своими, далекими от рыночных методами. Меры приняты и очевидно, что голода не будет. Но рождается другой «парадокс»: низкая цена хлеба для многих окажется слишком высокой...

Одна булка в день

В продуктовом магазине поселка Краснопресненский Мендыкаринского района 1 кг муки стоит 72 тенге. На том же прилавке лежит «стандартный кирпич» - булка хлеба весом 600 грамм за 40 тенге. Даже навскидку любой хлебопек скажет, что при такой цене на муку этот хлеб должен стоить минимум 47 тенге. Откуда такая странная дешевизна?

- Мы здесь муку не покупаем, - говорит жительница поселка Жанар СЕЙЛХАНОВА, - покупаем в районе. Совсем недавно мешок в 25 кг купили за 1400 тенге. Когда-то примерно за те же деньги покупали пятидесятикилограммовый мешок. Хлеб привозят из райцентра, причем, так и говорят: 40 тенге не покрывают затрат на выпечку.

Жанар дома хлеб печет сама. За раз - 6 больших булок из 8 кг муки. Семья съедает одну такую в день. По грубым подсчетам, Сейлхановым в месяц нужно 30 таких булок, а это примерно 40 кг муки. Если покупать муку в сельском магазинчике по 72 тенге, то в месяц на нее нужно около 3 000. Да плюс к этому дрожжи, масло и дрова. Все это в деревне сильно подорожало за последнее время.

- Непонятно, почему урожай такой богатый, а цены растут? - вздыхает Жанар.

Цены на муку в Кранопресненском еще не самые высокие. Недавно в одном из сел Карасуского района видел в продуктовом муку по 90 тенге за кило. Опять же навскидку - себестоимость булки хлеба у тамошних домохозяек не ниже 62 тенге. Без учета затрат на дрова или масло. На том же прилавке буханка хлеба за 36 тенге. Показатель волевого удерживания стоимости хлеба налицо, точнее, на прилавке.

Мировая причина

На мировом рынке стоимость тонны зерна дошла до $250 и выше. Только ленивый не упомянул, что цены на казахстанское зерно, и соответственно муку, выросли именно под влиянием мирового спроса.

- Мировая конъюнктура повлияла на цены казахстанского зерна. В стране за последние три месяца пшеница подорожала на 67%. Следствием этого стал рост цен на муку на внутреннем рынке. При этом хлеб в среднем по Казахстану стал дороже на 16%, - сообщили корреспонденту «НГ» в Министерстве сельского хозяйства страны.

Казахстанским участникам зернового рынка не воспользоваться ситуацией было бы глупо. Они и воспользовались. Кроме этого, ажиотажный спрос на зерно и муку подогревается тем, что с 29 сентября все экспортеры зерна для работы должны будут получать специальные лицензии. Зерновики торопятся, рассуждая примерно так: нужно вывезти как можно больше без лицензий, потому что потом преодолевать волокиту с лицензиями замучаешься.

- Цель лицензирования экспортеров, - говорит «НГ» президент Союза фермеров Казахстана Арман ЕВНИЕВ, - сделать казахстанский экспорт зерна прозрачным. Не секрет, что сегодня существует немало фирм-однодневок, которые скупают зерно, вывозят его за границу, а потом пропадают вообще, не уплатив государству никаких налогов. Чтобы исключить это, и ввели лицензирование. Так получилось, что лицензирование совпало с высокими ценами на урожай и соответственно с большим объемом экспорта. Никаких ограничений по экспорту само лицензирование не дает. Лицензию может получить каждый, кто как минимум год работает на зерновом рынке, не имеет задолженностей перед бюджетом и банками и имеет на руках квитанцию об уплате лицензионного сбора. Лицензии будут выдавать в Комитете государственной инспекции Минсельхоза, то есть в Астане.

Впрочем, все понимают, что косвенно лицензирование на объемах экспорта все-таки скажется. Хотя бы в  первое время. Во-первых, для ее получения нужно потратить время - процесс может затянуться до 30, а в худшем случае и  до 60 дней.  А, во-вторых, лицензирование как вид контроля государства над вывозом зерна может привести и к ограничениям на экспорт. И это тоже понимают сегодня все.

- Конечно, лицензирование необходимо, чтобы знать точно, сколько зерна вывезли из страны. Не исключено, что когда объемы вывозимого зерна из Казахстана станут угрожать  продовольственной безопасности (а отслеживать это будут как раз через легальный экспорт), государство просто введет мораторий по примеру той же России, - считает фермер Сергей КРЫСИН.

Правда, в этом году сроки ведения лицензирования уже не позволят серьезно ограничить вывоз зерна из страны. Очевидно, что до 29 сентября огромная часть уже будет вывезена. По официальным данным из Казахстана только муки с начала года вывезли уже более 1 млн. тонн. Это в 1,5 раза больше, чем на тот же период прошлого года.

С каждого по возможности

Власти прибегли к созданию стабилизационного фонда. Организованный в регионе фонд стал пятым по республике. Предполагается, что такой будет в каждой области. Аграрии должны  сдавать в этот фонд зерно по цене ниже рыночной. Мука из него, соответственно, стоит дешевле относительно обычной. Из нее и выпекают «льготный» хлеб.

- Для стабилизации цен на хлеб, - говорит руководитель АО «Заря» Александр КЛИМКО, избранный заместителем председателя координационного совета стабилизационного фонда, - мы должны собрать в фонд минимум 50 000 тонн зерна. Хотя на последнем совещании обговаривали уже 100 000 тонн. Общая внутренняя потребность в зерне - около 150 000 тонн. По нашим подсчетам это 1,9% от валового сбора, за минусом рефакции. Проще говоря, каждый производитель должен будет отнять мусор от урожая и сдать в фонд по 19 кг с каждой тонны полученного им зерна. Зерно должны будут сдать все без исключения аграрии. Примерно по $160 за тонну.

К слову, схема уже начала работать, и местные хлебопеки выпекают «стандартный кирпич», который они отдают в торговлю по 33 тенге.

- Для нас, разумеется, это хорошо, - говорит директор Костанайского хлебозавода Галина БЕСЕДА, - так как мука поступает по 42,6 тенге за кг, а рыночная цена сегодня выше 50 тенге. Поэтому отпускная цена на «льготный» хлеб - 33 тенге. Дано поручение, чтобы торговля не брала более 3 тенге с булки, так что этот хлеб в Костанайской области должен стоить не выше 36 тенге.

Между делом

Сегодня все признают, что создание фонда и добровольно-принудительная продажа зерна в этот фонд - рычаг административный и нерыночный. Кто-то кинулся подсчитывать недополученную прибыль. Однако открытым остается вопрос контроля за «льготной» булкой хлеба. Как проследить, почем ее продают в магазине, и вообще, в какие именно магазины поставлять удешевленный хлеб?

- Мало того, что хлебопеки будут отпускать хлеб по 33 тенге, - говорит вице-президент компании «Зерновая индустрия» Жумагали БИМЕНОВ, -  где гарантия, что этот хлеб будет продан именно по 36 тенге? Кто будет следить за предприятиями торговли?

Руководство координационного совета признает, что пока ответить на эти вопросы они не могут. Мол, все решится на ближайшем собрании совета. Впрочем, вызывает вопросы не только схема контроля за «льготным» хлебом, но и прозрачность работы самой новоиспеченной структуры.

- Велика вероятность того, что кто-то просто наживется на этом, казалось бы, нужном деле. И вообще, я думаю, что цены на хлеб таким образом сдерживать нельзя. Да и потом: когда мы говорим о продовольственной безопасности, вспоминаем только о хлебе. Между тем в себестоимости тех же макарон стоимость зерна составляет 75-80%, - говорит Бименов.

Продолжим: цена зерна в себестоимости производства хлеба составляет примерно 30%, яиц - 60%, говядины - 20% и до 60% в птице. Нетрудно подсчитать, как выросшая вдвое пшеница скажется, точнее уже сказалась, на стоимости другой сельхозпродукции.

К патриотизму

Неделю назад один из знакомых хлебопеков жаловался, мол, муки нет и хлеб печь не из чего. К кому, дескать, ни обратись, все торопятся погрузить ее в вагоны, вывезти и продать. Разговаривают буквально на бегу. От этого и цена высокая.

- Могло получиться, как на Украине в 1998 году. Собрали хороший урожай, но из-за высоких цен большую его часть продали за рубеж, а страна оказалась на грани голода. Поэтому-то создание фонда - вынужденная мера, - говорит Сергей Крысин.

- Мы ежегодно наступаем на одни и те же грабли, и все заканчивается выкручиванием рук сельхозпроизводителей. Государство, вместо того чтобы реально поднять уровень жизни социально незащищенных слоев населения, давит на аграриев. Получается, что одной рукой государство дает аграриям субсидии, а другой душит, - не согласен с Крысиным Арман Евниев.

К слову, сам Евниев когда-то был вице-министром сельского хозяйства, так что принципы ежегодного наступательного движения на «грабли» и «удушения аграриев» ему известны наверняка.