Наша Газета

Жизнь и танцы в большом городе
Дата: 09.03.11

В герое российской телепрограммы «Федеральный судья» костанайцы узнали земляка. И хоть позвонивший в «НГ» читатель сказал, что видел на телеэкране «человека, страшно похожего на Кальницкого», ошибиться было трудно. Все-таки и в Костанае Александр Борисович был персоной, как сейчас модно выражаться, медийной - зрители помнят его в роли ведущего утренней развлекательной программы телеканала «Алау», еще раньше - в эфире «25 канала», одного из первых у нас частных телепроектов.

В герое российской телепрограммы «Федеральный судья» костанайцы узнали земляка

И хоть позвонивший в «НГ» читатель сказал, что видел на телеэкране «человека, страшно похожего на Кальницкого», ошибиться было трудно. Все-таки и в  Костанае Александр Борисович был персоной, как сейчас модно выражаться, медийной - зрители помнят его в роли ведущего утренней развлекательной программы телеканала «Алау», еще раньше - в эфире «25 канала», одного из первых у нас частных телепроектов. Кроме того, Кальницкий - хореограф, который воспитал в Костанае не одну профессиональную танцевальную пару. Да и многим непрофессионалам, обычным людям, что, может быть, даже важнее, в своей студии подарил ни с чем не сравнимое удовольствие, научив красиво танцевать под красивую музыку... И вот теперь, значит, Москва?


«Судебная» карьера

- Александр Борисович, уточним. Так это вы в «Федеральном судье» изображали красавца-злодея?
- Уточняю, это был я.

- Как вы попали в эту программу? Хотя для начала -  как вы оказались в Москве? Уехали туда жить или только поработать?
- Мы уехали в Москву к детям и внукам. Моя супруга, Елена, уехала еще в августе 2008, а через год и я.  Для пояснения причин маленький анекдот: «В России отменили смертную казнь. Зато ввели ипотеку». Вот наши ребята и взяли ипотеку. Чтобы помочь им быстрее рассчитаться, надо было кому-то сидеть с внуком Егором, давая возможность маме Насте работать.
Телевизионную карьеру Лена и начала первой, пройдя кастинги и снявшись осенью 2008 года и зимой 2009-го в передачах «Судебные страсти» и «Суд идет». А когда приехал я, мы снова пробежались по компаниям, занимающимся подобными съемками, показались и получили несколько ролей. Каналы, по договорам, покупают эти сериальчики. Существуют даже сообщества «актеров массовки», «актеров-любителей». Некоторые люди занимаются этим серьезно. Этим даже можно прожить, с известной долей риска, конечно.

- Как снимаются эти программы? Занятно слушать споры телезрителей, что в них настоящее, а что - грамотно срежессировано.
- Судьи, прокуроры, защитники в этих передачах настоящие, а клиенты - из народа. «Час суда», «Дела семейные» снимаются быстро, по 6-8 эпизодов за день. Передачи «Федеральный судья», «Суд присяжных» требуют большей подготовки, 2-3 репетиций, снимаются в течение 2-3 часов. Бывают остановки, бывают подсъемки в интерьерах, на улице. Работаем, когда приглашают. В каждой такой передаче можно участвовать лишь раз в году. Но это не основная наша деятельность.

 

Танцы до сих пор

- А какая основная?
- Мы продолжаем обучение танцам в местном  Дворце культуры. У Лены, как всегда, малыши 6-8 лет, у меня - люди взрослые, подчас семейные. Есть спрос, и мы его удовлетворяем. В будущем, возможно, удастся образовать вполне рабочие коллективы.

- Александр Борисович, вы ведь со взрослыми занимались и в Костанае, да? Это не совсем стандартный подход к «выращиванию» классных танцоров.
- Со взрослыми я начал работать в 1997-98 годах. После того как на нашем мероприятии побывали танцоры из Алматы, «взрослое» движение пошло в развитие. Мои ученики, известные в Костанае Павел и Елена Кукушкины, завоевали первый Кубок Магнитки. Были призерами конкурсов в Караганде, Алмате, Челябинске... Здесь конкурсной практикой я заниматься и не думаю. Много сложностей, да и, на мой взгляд, именно увлечение соревновательной составляющей загубит танцы и в Казахстане, и в России. Просто Россия больше. Зато здесь возрождаются балы всякого свойства. И мы попытаемся организовать что-то вроде «вечеров практики».

- У вас в Костанае был еще один необычный проект - именно вы начали обучать бальному танцу людей с ограниченными возможностями. Я довольно давно общаюсь с активистами из общественного объединения «Ymiт-Надежда», и помню восторг, с которым они рассказывали о репетициях. Помню самое первое выступление: как были потрясены зрители, увидев людей на колясках, которые действительно танцевали, пусть сидя, но как у них изменились осанка, пластика! Александр Борисович, как вам в голову пришла идея такой танцевальной практики?
- Тут просто все сошлось: Аруна Жаксагулова из «Надежды» попросила научить их танцевать, а я видел, как это делается. Попробовали в Костанае. Кажется, получилось. Работать было интересно - дело новое, и люди хорошие - доброжелательные и упорные. Успехов им, если это продолжится и дальше!   

- Это продолжается. В Костанае проходил фестиваль, на который приезжали последователи костанайцев из разных городов страны.
- Что ж, я рад. Еще раз - успехов.

- Меня всегда занимал вопрос: а учителя танцев сами танцуют ли для удовольствия? И еще - как мальчики приходят к такому изящному увлечению, как освоение па венского вальса или фигур менуэта?
- Заниматься начал в школе, в выпускном классе. А потом пошло-поехало - и 40 лет в танцах... Кстати, в московском парке имени Горького, на набережной, есть несколько открытых танцплощадок, где в теплое время года по пятницам-субботам танцуют исторические, европейские, латинские танцы. И мы с Леной бывали, танцевали.

 

Человек большого города

- Скучаете по Костанаю, приезжаете? В Москве, говорят, уже немало наших обосновалось - встречаетесь? Может, в какое-нибудь землячество вхожи? Как проводите время, не занятое работой?
- Со знакомыми, друзьми перезваниваемся, переписываемся. Но, честно говоря, по Костанаю не скучаем. Может, потому, что я всегда чувствовал себя лучше в больших городах. Мне совершенно не мешает множество народа в метро, деловая суета. Все нормально. И здорово, когда ходишь по делам именно по московским улицам - с известными домами, уголками, Кремлем. Работа не позволяет, конечно, посещать многочисленные спектакли и концерты, но стараемся выезжать, смотреть, что возможно. Пока было тепло, успели побывать в Архангельском, в замечательном частном музее техники. Ходили на фестивали духовых оркестров на Поклонной горе. Представьте исполнение русской «Березки» английским оркестром с волынками!! Были только что на выставке «Самураи». Замечательно! Часто ходим по паркам, на ВДНХ, где всегда есть что-то новое.
Костанайцев тут действительно много, кое с кем уже созвонились, но город... дела... Встретиться, посидеть еще не приходилось. А в Костанай мы приезжали прошлым летом подлечиться: пока мы без гражданства, медицина в Москве влетает в копеечку.

- Вы упомянули жизнь в больших городах. Их было много в вашей жизни? Откуда вы родом?
- Я родился в Алма-Ате, так тогда это писалось. Вместе с родителями  с 3 до 13 лет пришлось побывать  в Петропавловске-Камчатском, Петропавловске казахстанском, Москве, Астрахани, Гурьеве - теперешнем Атырау и в Донецке, в Украине.  В Костанае прожил с 1984 по 2009. Правда, в 1985-96 уезжал работать в Павлодарский драматический театр. В Павлодаре и родилась моя дочь Евгения, она сейчас живет в Германии, а Настя вот обосновалась в Москве.
Сам я по первому образованию музыкант, играл на скрипке. И судьба дала мне прекрасный шанс поработать с мастерами. Взять хотя бы руководителя оркестра радио Казахской ССР Василия Лисицу, заслуженного артиста республики. Потом я заочно закончил Казахский госуниверситет по специальности «история».

- Вы так часто переезжали, отец был военным? И еще чисто профессиональный вопрос - мы делаем это интервью, переписываясь в Интернете. Редко в последнее время встречаешь такого грамотного собеседника, а ведь вы не одну школу сменили. Были прилежным учеником?
- Отец, Борис Прокопьевич, работал преподавателем в Гурьевской, а потом в Камчатской мореходке. А вообще он художник. Но на войне был штурманом дальней авиации. Так складывалась его биография. В казахстанском Петропавловске отец работал главным художником местной телестудии. Их тогда, в 60-х годах, открывали по северным областям - где спутники пролетали. Там же состоялись мои первые телевизионные опыты в возрасте 8 лет...
Школы менялись, да. Но учиться я старался, и в университете тоже - в наше время никто и не помышлял «купить» экзамен или зачет. Кроме того, грамотность - это фамильное. Все-таки моя бабушка была настоящей «учительницей словесности» с почетной грамотой «Первой красной учительнице Семиречья».

- Александр Борисович, вы снова переехали. В любом возрасте с любыми целями смена места жительства - это начало чего-то нового. Удачи вам на этом пути.
- Спасибо. Привет Костанаю и всем в Костанае, кто нас помнит.


Линия жизни


Эта статья взята с сайта:
https://www.ng.kz

URL этой статьи:
https://www.ng.kz/modules/newspaper/article.php?numberid=231&storyid=14586