Как область пытается решить проблему утилизации медицинских отходов

Протест жителей Затобольска против сжигания медицинских отходов на территории областной психбольницы, в непосредственной близости от которой они живут, продемонстрировал главную проблему. Сегодня между чиновниками и населением не существует даже минимального доверия. «Печь для сжигания» можно установить даже на огороде», - твердили одни. «Мы заболеем, если раньше не задохнемся», - отчаивались другие. Чего нам бояться: скопления токсичных и бактериологически небезопасных отходов или продуктов их уничтожения?

Печь на питьевых водах

Напомним, вторые экологические слушания по вопросу размещения двух инсинераторных печей, каждая из которых способна сжечь в час до 100 кг отходов, в том числе медицинских, состоялись в центре принудительного лечения Затобольска 23 февраля. На них особенно резко выступали жители трех двухэтажек, расположенных буквально в 300 м от территории центра.

- Все вредные вещества, выделяющиеся при сжигании, будут лететь на нас, так что рак нам обеспечен! - возмущалась жилец дома по ул. Семина, 42 Людмила ФЕДОРЕЦ. - В российских городах их выносят за населенные пункты, а в цивилизованных странах от таких установок отказались лет 10 назад, потому что вредные выбросы от них до сих не изучены.

Затобольцы знают, что в здании центра принудительного лечения, за корпусом которого и предлагается установить печи, нет подвального помещения. Его не сделали потому, что при строительстве хлынула вода - настолько близко здесь расположен питьевой источник.

- Эти запасы хорошей пресной воды были открыты еще в 1962 году, - подтвердил председатель Северо-Казахстанского филиала Академии минеральных ресурсов Виктор ДЕЙНЕКА. - Сейчас там около 35 000 кубов, которых хватит Костанаю на ближайшие 100 лет. Непонятно, как там в свое время расположилась психиатрическая больница, которая еще и выстроила накопитель сточных вод.

Он расположен во втором поясе санитарной зоны, в котором вообще ничего не должно быть. Пресная вода итак загрязняется несколько лет, а установка инсинератора добавит грязи и опасности.

- Наша область - единственная в Казахстане, в которой не уничтожаются медицинские отходы, - приводит свои доводы главный врач ГКП «Костанайский областной наркологический диспансер» Владимир МИХАЙЛЕНКО. - Это чревато плачевными последствиями. Печи, которые мы собираемся установить, сертифицированы, их использование разрешено действующими СНиПами. Они сделаны легальным заводом-изготовителем. Почему возникают сомнения в их безопасности? В крайнем случае, если при эксплуатации выяснятся их отрицательные характеристики, печь мы перенесем.

Позиция администрации понятна. Две инсинераторные установки ИУ-32 производства российского ТОО «Траст Сервис» стоимостью 9 млн тенге каждая были закуплены за счет средств областного бюджета еще в 2010 году. А потом выяснилось, что их установку в ходе экологической экспертизы нужно согласовывать с народом.

Павлодарский утилизатор

Избавляться от отходов нужно в любом случае. Инсинераторы - наиболее оптимальный вариант, считает Михайленко. Вопрос только в их размещении, которое по СниПам допускается на территории медицинских учреждений. Об этом «НГ» заявили и в департаменте Комитета госсанэпиднадзора МЗ РК по Костанайской области. И даже сослались на нормы СНиП РК 3.02-08-2010 г.

- В п.16.12 сказано, что печи для сжигания отходов производительностью до 100 кг/час размещаются в составе хозяйственной зоны стационара на расстоянии 50 метров от жилых зданий, - пояснила начальник отдела коммунальной гигиены госсанэпиднадзора Наталья АХМЕТОВА. - Печи производительностью более 100 кг/час - в 100 м от жилых зданий и в 50 м от корпусов. В п.16.15 указано, что допускается применение печей, прошедших санитарно-гигиеническую и экологическую экспертизу в установленном порядке. Я считаю, что сжигание отходов в подобных печах менее опасно, чем их хранение на свалках. Такие печи стоят по всему Казахстану. В Павлодаре, например, прямо на территории областной больницы.

Что касается «экологической экспертизы в установленном порядке», то она включает в себя экологические слушания и согласие на установку жителей - и есть часть экологической экспертизы. Так что о ее прохождении пока говорить рано. Люди не согласились. Что касается опыта павлодарских медиков, то мы не поленились с ними созвониться и... удивились. Установка у них действительно расположена на территории областной больницы. Только совершенно другая.

- У нас утилизатор итальянской фирмы «Ньюстор-10» стоимостью 39 млн тенге, - рассказала «НГ» инженер Павлодарской областной больницы Любовь ДЕТКОВА. - Она не сжигает медотходы, а нагревает до 150 градусов. При нагреве происходит их обеззараживание и измельчение. Потом оставшаяся пластиковая крошка запаковывается и вывозится на полигон ТБО. Или используется для связки при асфальтировании дорог - настолько она безопасна. Обеззараженные отходы сливаются в канализацию.

Почувствуйте разницу. А заодно и готовность ответственных лиц говорить нам правду.

Актюбинский подход

По-своему решают проблему и в Актюбинской области.

- За бюджетные деньги три года назад мы купили французскую инсинераторную печь «Мюллер» стоимостью 28 млн тенге, - рассказал «НГ» начальник отдела госзакупок управления здравоохранения Актюбинской области Алмат ЕРМАГАМБЕТОВ. - Она сжигает 50 кг/час при температуре около 1000 градусов. Установили мы ее в 8 км от Актюбинска, за промзоной, где нет жилья. Дополнительно за счет средств бюджета закупили две машины для сбора и перевозки медотходов за город.

Помимо того в каждом районном центре Актюбинской области на территории ЦРБ установлено еще 12 печей для сжигания медотходов. Стоят они на окраинах поселков и гораздо меньше по производительности - 5-10 кг/час. Еще три инсинератора в Актобе - у частных лиц. Они также вынесены за 4 км от города, в промышленную зону.

Покупая более дорогие инсинераторы, актюбинцы исходят из того, что они качественнее, и степень очистки дыма, остающегося после сжигания, у них лучше.

Запад тем временем все дальше уходит от сжигания, развивая альтернативные методы, подобные, кстати, павлодарским.

- Но мы пока даже не дошли до инсинераторов, - парирует Ахметова. - О каких альтернативных методах можно говорить?

Экономия - дело хорошее, особенно когда речь идет о бюджетных средствах. Вот только реальный ли это повод?

Сжигаем подороже

Мало кто знает, но в Костанае уже есть одна частная печь для сжигания медотходов, принадлежащая ТОО «Гэспол» (подразделение ТОО «Иволга-Холдинг»). По данным Михайленко, она рассчитана на сжигание 20 кг отходов в час. Находится печь в районе Коровьего озера. Установке предшествовали общественные слушания, прошедшие в два этапа и очень тихо - практически без привлечения СМИ. На первых слушаниях, где идею установки печи «прокатили», председателем была директор научно-образовательного экологического центра «Молодое поколение за экологическую безопасность и устойчивое развитие» Людмила МУЗЫЧКО.

- Тогда государственно-территориальное управление экологии добро не дало. Экологи вообще были против: при установке не учитывалась роза ветров. Ветер сдувает дым на город, - сказала «НГ» Музычко.

На вторых слушаниях вопрос решился положительно. И печь заработала. Ее производительность и близко не покрывает потребности области. Частная малютка вместе с двумя вновь приобретенными будут способны закрыть лишь потребности Костаная и Рудного. Всего на область нужно 10 печей. Но пока все это в проектах, ТОО «Гэспол» выиграло в этом году тендер на сжигание медицинских отходов. В частности, шприцев, которые до этого перерабатывались в Лисаковске на ТОО «Алтын-2010».

- Мы перерабатывали 25 т шприцЕв в год и давали им вторую жизнь, - рассказал директор ТОО «Алтын-2010» Алексей АМАН. - Переработанный пластик шел на изготовление венков и т. д. Но в этом году тендер выиграло ТОО «Гэспол», которое просто сжигает шприцы. И это при том, что мы принимали шприцы у предприятий по 95 тенге за 1 штуку, а «Гэспол» - по 130 тенге за 1 штуку.

Как пояснил Аман, в тендерной документации на этот раз стояло условие - утилизация медицинских отходов - без разделения на шприцы, вату, системы, бинты и т. д. А у лисаковского ТОО есть лицензия только на переработку шприцев.

- Поэтому мы и не могли выиграть тендер, - поясняет Аман. - Хотя в Экологическом кодексе четко сказано, что медицинские отходы обязаны сортировать. Шприцы могли бы отдать на переработку нам - ведь у нас безотходное производство, а все остальное сжигать. Тем более это выгоднее.

Непонятная экономия

Что удивило на экологических слушаниях по поводу установки двух печей, так это безудержный оптимизм медиков и экологов, которые выражали готовность установить инсинераторы даже «в собственном огороде». Ну это смело можно считать популистским заявлением, потому что, как выяснилось, у нас никто не может проверить, выделяется ли при сжигании отходов такое ядовитое соединение, как диоксин, а если выделяется, то в каких объемах. «В пределах нормы», - заявили на экологических слушаниях. «У нас нет лабораторий и методик, позволяющих определить, сколько диоксина выделяется», - признает Ахметова. «Во всем Казахстане нет ни одной лаборатории, которая определяет выделение диоксинов и их количество, - утверждает Людмила Музычко. - Единицы таких лабораторий в России. О какой норме тогда ведут речь на слушаниях?»

Как показывает мировая практика, споры по утилизации отходов - из разряда вечных. Законодательство 15 европейских стран содержит частичный запрет на сжигание отходов, а в Филиппинах полностью запрещено их сжигать. ВОЗ разрешает установки для сжигания как временное решение для развивающихся стран, где альтернативные варианты ограничены и нет более экологически безопасных вариантов для утилизации. Понятно, что скопление отходов на свалках опасно. Но подходить к их утилизации можно с разной долей ответственности и заботы о жителях и экологической ситуации. Может, все-таки, равняться на лучшие образцы?

Расположение и характеристика инсинераторов в разных городах РК

ОПРОС

Почему у нас сначала закупают оборудование, а потом согласовывают его безопасность?

Владимир МИХАЙЛЕНКО, главный врач ГКП на ПХВ «Костанайский областной наркологический диспансер»:

- О том, что нужно делать экспертизу, узнали после проведения госзакупок. Тему закупки печей изучали 5 лет, но не было средств приобрести инсинераторы. Как только появилась возможность их купить, немедленно стали покупать. Потом, когда стали глубже изучать этот вопрос, выяснилось, что по Экологическому кодексу обязательно нужно согласовать установку печи с населением. Это не самое страшное. Если убедим людей - хорошо, не убедим - вынесем печь за кладбище и вопрос закроем. Главное, чтобы опасные медицинские отходы не складывались на полигонах ТБО, а сжигались. Кстати, инсинераторы, которые мы собираемся установить, российского производства, но имеют итальянскую систему сжигания. Вы не правильно ставите вопрос, сегодня нужно говорить по-другому: что нужно сделать, чтобы изменить страшную ситуацию с медицинскими отходами? Таких печей для нашей области нужно минимум 10 штук.

Людмила МУЗЫЧКО, директор научно-образовательного экологического центра «Молодое поколение за экологическую безопасность и устойчивое развитие»:

- Установки ставить нужно, но опираться надо на более усовершенствованные технологии с большой степенью безопасности. В месте, где сейчас собираются ставить печи, находятся два садовых общества - «Мелиоратор» и «Автомобилист», рядом поселок, близко три двухэтажных дома. Люди говорят правильно, что никто не знает, будут ли выделяться диоксины. Ведь у нас нет лабораторий, которые определяют их наличие. У нас сначала покупают дорогие установки, а потом думают, потому что к экологам в нашей области никто не прислушивается. Зачем ставить печи там, где есть опасность заражения людей? Ведь их можно разместить в других местах. Свалок, безусловно, быть не должно, но вы докажите людям, что ваши установки безопасны. А так получается, мы от одной опасности избавимся, а другую приобретем.

Галым ЕСТЕКБАЕВ, начальник департамента Комитета госсанэпиднадзора МЗ РК по Костанайской области:

- Согласно санитарным нормам, мы не имеем права проводить внеплановые проверки работы инсинераторных печей. Мы можем работать только по заявлениям людей или по предписаниям. В бюджете появились деньги - печи купили. Потом решили провести экологические слушания, нас на них пригласили. Наше дело - поприсутствовать и сказать свое мнение. А когда купили печи для сжигания и почему их купили раньше - это не наш вопрос. А нормативы в отношении различных утилизаторов сейчас действительно сменяются в сторону уменьшения расстояния от зданий, корпусов и т. д. Ведь с каждым годом технологии по их производству обновляются и становятся менее опасными. Производятся различные фильтры, которые помогают улавливать самые вредные вещества. Мониторинг должны осуществлять организации, установившие печь.

Дмитрий ЛИ, начальник ТОО «НПЦ «Экология»:

- Я объяснял на слушаниях, что выбросы от такой инсинераторной печи приравниваются к выбросам от восьми газовых печей. В одном доме их намного больше. У нас так всегда - пока идет государственная программа и выделяются деньги, стараются быстро закупить оборудование, потому что пока все мнения соберешь, окажется, что уже не на что покупать. Никто не предполагал, что такой положительный шаг, как покупка инсинераторных печей, кем-то может оцениваться отрицательно. Но такие люди нашлись. В действии мы печь не проверяли, но посмотрели на исходное сырье. Работает на солярке, температура сжигания высокая, значит все будет сгорать до пепла. Это вполне нормальный процесс, когда покупают такое оборудование. Это огромный шаг вперед по утилизации отходов.