Потерпевшая Виктория МИСТЮКЕВИЧ пояснила, что подсудимая Надежда К. вместе со своим адвокатом "положили" ее в психбольницу, приписав в качестве мнимого повода суицидальное поведение. Причина - чтобы не вызвали на допрос в полицию. Причем сотрудники больницы отобрали у Виктории телефон и она не смогла сообщить об этой истории в соцсетях.

Лица Наджеды К. и одной из ее защитниц скрыты по их ходатайствам / Фото из архива «НГ»

Согласно материалам дела, жительница Костаная Надежда К., разработала и реализовала план по хищению средств у своих знакомых и привлеченных ими людей: предлагала услугу обмена тенге на рубли по выгодному курсу, получала деньги, но рубли не отдавала. А также предлагала взять в рассрочку товары в ее онлайн-магазинах на Kaspi и HalykMarket, чтобы потом без предоставления товаров обналичить и присвоить деньги, занимала деньги под вознаграждение, изначально не намереваясь исполнить обещание. В деле около 20 потерпевших, общая сумма ущерба - почти 500 млн тенге.

Судья Алтын БАЙЖУМАНОВА удовлетворила ходатайство подсудимой о запрете на публикацию не только ее изображения, но и ее фамилии.

1 апреля допросили потерпевшую Викторию Мистюкевич.

- Я являюсь психологом, нумерологом, веду свою деятельность в социальных сетях, - пояснила она. - Примерно в 2019 году мы познакомились. Заказывала у меня консультации, общались мы хорошо. Более близко начали общаться в прошлом году. Открывали барбершоп с моим мужем, брали кредит. Надежда предложила взять наличку, чтобы не переплачивать по кредиту. В тот момент я отказалась. Она просила разместить объявление в моей группе. Я отказалась. В 2025 году Надежда переехала к нам в дом. Начала приглашать меня на чай. Я приходила. В тот момент я рассказала ей о своих финансовых проблемах из-за кредита и аренды на барбершоп. На что она опять мне предложила взять наличку в банке. Тут я уже согласилась. Одобрили мне 2 700 000 тенге. Когда подошло время получать уже деньги, она мне их показала и опять попросила, чтоб я в группу выставила, что все чисто, прозрачно. Постоянно говоря о том, что это единственный ее источник дохода. Я в свою группу выставила, что вот, девчонки, все хорошо, я деньги забрала.

Спойлер - эти деньги Виктория так и не получила.

- У меня был долг перед налоговой, - продолжила потерпевшая. - Она сказала, что у нее есть клиент на обналичку 4 000 000 тенге. Но эти деньги надо ему отдать сразу. У нее были такие условия, что если ты ждешь 2 недели, то 5% она удерживает в свою пользу. А если деньги отдаются сразу, то 20%. Она мне объясняла, что у нее есть только 2 000 000 тенге. Попросила меня ей дать еще 2 000 000 тенге для того, чтобы сразу отдать мужчине деньги, а потом 20% она со мной поделит. Это были первые 2 000 000 тенге, которые я ей отдала.

Теперь - об услуге обмена валют:

- Она мне сказала, что ее мама работает в обменном пункте на границе с Россией, к ней приезжает валютчик, и остаются остатки, которые можно купить по очень выгодному курсу. 4,3 тенге за рубль. А был тогда курс около 6 тенге за рубль. Еще 2 000 000 тенге я отдала на обмен на рубли. Но деньги я не получила. Обналичку тоже не получила. Она сказала, что очень срочно нужно добавить деньги для того, чтобы обменяли валюту. Она сама взяла кредит и попросила меня. Сказала, что отдаст послезавтра. Я взяла кредит еще на 2 000 000 тенге. Так как это действительно была мама... Я сама психолог, чтобы вы понимали, с образованием. И, видимо, я всегда верю в людей до последнего.

- То есть надо всегда на родителей ссылаться, чтобы психолог поверил? - спросила судья.

- Скорее всего, да. Если бы это была не мама, а просто люди... Мы к ее маме ездили на границу. Там стоит вагончик. Там не написано про обмен. Я так поняла, что это обмен такой...

- Неофициальный.

- Да.

Часть потерпевших по делу изначально написали заявления в полицию не на подсудимую, а на Викторию, потому что передавали деньги ей, а та - Надежде.

- Почему они напрямую ей не передавали? - спросила судья.

- Я же в группе написала про обмен. Они мне писали. Потом, когда я брала у них деньги, я говорила, что не я этим занимаюсь, что ваши деньги придут - я их отдам. Деньги приходили - я их отдавала. Все было хорошо. Когда пошли задержки... Я понимаю людей. Они писали заявления на меня. Когда поступило на меня заявление, я, естественно, написала Надежде. Она сказала: "Никуда не едь, я найду тебе адвоката". Мы с ней приехали, дали показания. Она мне постоянно говорила одну фразу: «Если не будешь за меня, пойдешь паровозом». Допрос мы полностью составили такой, какой нужен был ей: я сказала, что заняла эти деньги, что обещала отдать вовремя, но не отдала... Мы с мужем, не Надежда, вернули эти долги - для того, чтобы они забрали свои заявления.

А затем - психбольница.

- Когда пришли еще заявления, она пришла ко мне домой и сказала: ее адвокат сказал ей, что сейчас единственный вариант решить - это положить меня в психиатрическую больницу. И они меня положили в этот же день. Чтобы меня не позвали на допрос. Она сама туда поехала, сама договорилась. Она мне говорила, что это буквально на 5 дней. Принесла мне телефон. Потерпевшая Белоусова начала поднимать резонанс в соцсетях. Надежда сказала, что Белоусова про меня все расскажет, срочно нужно 300 000 тенге, чтобы заткнуть рот. Чтобы кто-то там в погонах пошел и заткнул ей рот. Мой родственник перевел ей 300 000 тенге. Потом нужно было 2 000 000 тенге на взятку - для того, чтобы меня не вызывали. Она писала моему мужу, что прям сейчас из Южного отдела выезжают за мной в психушку. Когда я сказала, что выйду в эфир (в соцсетях - "НГ"), у меня в тот же день нашли и забрали телефон. Меня из психушки не отпускали. Они мне говорили, что не имеют права отпускать людей раньше, чем через месяц. Муж меня забрал. На следующий день легла она туда. Потому что люди были в ярости уже. Ее выпустили через 7 дней. Она сделала так, что нельзя было ее навещать.

Названия медицинского учреждения Виктория не озвучила. Стороны этим не интересовались. Вынесет ли судья частное определение прокурору города или области, если подтвердится факт сокрытия фигурантов от допросов? В суде Виктория заявила: депрессии или суицидальных мыслей у нее не было, так что поместили ее в клинику безосновательно.

Рассматривать дело продолжат 3 апреля.