Прения по делу, в котором карабалыкчанина обвиняют в вымогательстве крупной суммы денег у директора птицефабрики, состоялись 18 марта в специализированном межрайонном уголовном суде.

Прокурор Еркебулан АЙТБАЕВ запросил для обвиняемого серьезный срок - 10 лет в колонии средней безопасности. Адвокаты настаивают на полной невиновности блогера и обвиняют следствие в фальсификации доказательств.

Напомним, блогера из Карабалыка Миршата САРСЕНБАЕВА обвиняют по ч. 4 п. 2 ст. 194 УК РК (вымогательство в особо крупном размере).

Сарсенбаев снял ролики о нарушениях санитарных норм на птицефабрике ТОО «Poultry Agro». Видео опубликовал на своем канале в YouTube, который в феврале 2025 года насчитывал 2 370 подписчиков. Среди зрителей оказались представители госорганов, которые инициировали проверки и оштрафовали ТОО на общую сумму 688 000 тенге. Теперь следствие трактует эти штрафы, как ущерб репутации и экономическому благополучию предприятия. Также, по версии следствия, после публикации и штрафов блогер Сарсенбаев начал вымогать у генерального директора птицефабрики Кайрата Маишева 15 млн тенге за то, что прекратит публикацию роликов на своем канале.

«Если вымогать латентно...»

В прениях прокурор начал свою речь с цитирования президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева. Его цитата, по мнению обвинителя, точно подходит к этому уголовному делу: «В последнее время в обществе наблюдается чрезмерная, я бы сказал, показная активность некоторых лиц, позиционирующих себя в качестве выразителей некоей «высшей правды». Они, как правило, ничего не созидают, нигде не работают, либо имитируют бурную деятельность. При этом они безапелляционно судят обо всем и вся, пытаются учить других, навязывают при этом свои сомнительные взгляды. Все это делается для раскачивания ситуации в стране».

Прокурор не проговорил, как именно ролики Сарсенбаева о нарушениях на птицефабрике раскачивали ситуацию в стране или навязывали сомнительные ценности.

- По моему мнению, этот процесс привлек внимание общественности по следующим причинам, - сказал Еркебулан Айтбаев. - Мы все любим выставлять фото и видео хороших и запоминающихся мест. Либо другой пример - опасные действия участников дорожного движения, дабы предостеречь других водителей. В этом плане мы все - так или иначе блогеры. Видимо, по этой причине адекватное население сначала начали на себе примерять сущность предъявленного обвинения. То есть, если я выкладываю у себя в соцсетях актуальные вопросы или нарушения закона, то за это меня могут задержать и судить. Но результат рассмотрения дела (Сарсенбаева - «НГ») в открытом судебном процессе, показания участников процесса дали возможность читателям разделить деятельность блогера от преступления. Так как население адекватное, оно понимает, что нельзя требовать деньги и угрожать распространением сведений. Нельзя надеяться, что если совершать преступления скрытно, латентно, не выговаривая явных преступных слов, то можно избежать ответственности. Все это рано или поздно станет явным.

Сам Миршат Сарсенбаев полностью отрицает факт вымогательства и настаивает на провокации со стороны представителей птицефабрики.

Но прокурор считает, что показания блогера противоречат фактическим обстоятельствам дела:

- Сарсенбаев настаивает, что никогда не требовал денег, а все разговоры о деньгах инициировал юрист птицефабрики Игорь Шишов. Однако процессуальное поведение Сарсенбаева опровергает эту позицию. На вопрос «Понимал ли он, о какой спецтехнике Shacman идет речь?» он ответил, что не понял. Но при этом не переспросил, а продолжил диалог. Такое поведение характерно для лица, которое хорошо понимает предмет разговора, но уклоняется от прямых ответов. А использование Сарсенбаевым, профессиональным видеооператором, метода завуалированности, включение громкой музыки в машине во время разговора, требование снять верхнюю одежду и использование металлоискателя для поиска записывающих устройств, переход на интернет-связь WhatsApp, которую сложнее прослушивать, - все это прямо указывает на то, что подсудимый осозновал противоправность своих действий и предпринимал меры по конспирации. Если бы он только реагировал на провокации, ему не нужно было бы скрывать свои разговоры от возможной фиксации.

Гособвинитель считает, что лингвистическая экспертиза, на которую ссылается блогер, «не подтверждает его невиновность, а лишь констатирует формальное отсутствие прямой фразы о требовании денег». Также Айтбаев заявил, что доводы обвиняемого о давлении со стороны районной полиции и акима высказаны, чтобы придать делу политический и «заказной» окрас.

Прокурора поддержали потерпевшие. Адвокат ТОО "Poultry Agro" Талгат АХМЕТОВ, к примеру, заявил, что Сарсенбаев вымогал деньги методом кибербуллинга.

- Считаю необходимым назначить наказание исключительно в виде лишения свободы, на срок не менее 10 лет, - сказал Ахметов. - Я вообще хотел просить больше. С учетом того, что такие преступления становятся все более распространенными. Это касается блогеров, которые прикрываются своей общественной деятельностью, а фактически создают негативное общественное мнение о предпринимателях. Вводят «метод отмены», когда птицефабрика попадает под давление, чтобы люди не покупали ее продукцию.

Провокация и фальсификация

Адвокат Эльмира САНКАЕВА, представляющая в суде блогера, подчеркнула, что доказательств его вины в деле нет.

- Сарсенбаев опубликовал видео, ТОО привлекли к ответственности, - сказала Санкаева. - Но вместо устранения нарушений встал вопрос о том, чтобы Сарсенбаев удалил видео. Если компания считает, что видео порочит их деловую репутацию, то они могли обратиться в суд и там защитить свои права. Я обращаю внимание, что Маишев не ставил задачу удалить видео. Это была инициатива Шишова. С самого начала не было повода для возбуждения уголовного дела.

Защита пыталась обратить внимание суда на многочисленные процессуальные нарушения при расследовании этого уголовного дела. Например, что среди документов нет заявления от самого генерального директора птицефабрики Кайрата Маишева. Адвокат считает, что его юрист Игорь Шишов не мог подать заявление вместо руководителя предприятия.

Санкаева, ссылаясь на ответы госорганов, заявила, что ни Шишов, ни Маишев не были в здании департамента полиции с 1 по 20 февраля 2025 года. И адвокат задается вопросом - как Шишов мог написать заявление и участвовать в следственных действиях, если это никак не зафиксировано?

- Эти обстоятельства указывают на то, что в документы, которые используются, как доказательства вины Сарсенбаева, могли быть внесены заведомо ложные сведения. Что фактически свидетельствует о возможной фальсификации доказательств и служебном подлоге. Эти обстоятельства нуждаются в проверке и правовой оценке.

Санкаева отсмечает: если доказательства добываются при активном участии лица, которое обратилось в полицию, то его действия могут иметь признаки провокации. Встреча с Сарсенбаевым была организована по настоятельной просьбе юриста Игоря Шишова. Это, считает адвокат, свидетельствует об искусственном создании ситуации, направленной на формирование доказательств обвинения.

В прениях напомнили о словах Шишова, что «руководство компании отжарит его, а он сам останется без работы», которые были рассчитаны на то, чтобы склонить Сарсенбаева взять у юриста птицефабрики деньги. Адвокат считает, что такое психологическое давление в разговорах является еще одним признаком провокации.

Эльмира Санкаева просила суд вынести два частных постановления. Во-первых, она заявила, что суд так и не увидел деньги, которые нашли во дворе Сарсенбаева. А также обратила внимание на постановление о проведении обыска без санкции суда, которое по состоянию на 21 февраля не было согласовано с начальником органов дознания. В материалах уголовного дела эти документы почему-то оказались согласованными начальником отдела полиции Карабалыкского района.

- Возникает вопрос - как эти документы были согласованы, если 21 февраля судьи указывает на отсутствие согласований, а 19 и 20 февраля их согласовали в районном отделе полиции? - спросила Санкаева. - Таким образом сторона защиты констатирует, что в деле есть факты фальсификации доказательств, служебного подлога, превышения и злоупотребления должностными полномочиями со стороны сотрудников полиции. Встает также вопрос - как за этим делом следила областная прокуратура? В прениях обвинитель говорил, что все доказательства по делу достоверны и объективны. Как можно ставить вопрос о привлечении Сарсенбаева к уголовной ответственности, если доказательства его вины сфальсифицированы следствием и положены в основу обвинения? Кроме того, допрошенные в суде в качестве свидетелей старший дознаватель Султанбеков, начальник отдела полиции Карабалыкского района Дюсюков, его заместитель Шевченко дали суду ложные показания о согласовании постановления о проведении обыска. Поэтому мы просим вынести частное постановление в адрес прокуратуры и департамента полиции Костанайской области для проверки и привлечения к ответственности виновных лиц.

Второе частное постановление защитник просила вынести в адрес областной коллегии адвокатов. По ее мнению, адвокат Игорь Шишов своим участием в деле блогера дискредитировал само понятие адвокатуры.

- О том, что постановления об обыске подделаны, знали все. Первоначально с жалобой на это обращался правозащитник Николай Гиньятов. Но ему не дали ответа, поскольку он не участник процесса, - отметила Санкаева. - Когда говорят, что Сарсенбаев лжет, говоря о давлении на него, я считаю: его словам есть доказательства. Потому что Дюсюков, подписывая документы задним числом, все прекрасно понимал.

Прения по делу Миршата Сарсенбаева продолжатся 26 марта. Со стороны защиты должны выступить еще 4 человека, включая самого блогера.

Фото автора

Читайте также:

«Если про тебя на всю страну рассказывают...» - Кайрат Маишев выступил в суде Костаная по делу блогера, обвиненного в вымогательстве

Одним словом, блогер - О чем говорили свидетели по делу Миршата Сарсенбаева, обвиненного в вымогательстве