Случилось то, о чем говорили давно – на Ближнем Востоке вспыхнул большой пожар, который грозится расползтись по миру. Взрывы, хаос, смерть… Экзистенциальная, беспощадная и бескомпромиссная война по принципу «око за око, зуб за зуб». Массы людей вынуждены бросать насиженные места и искать убежище там, где им не очень-то и будут рады, где их вновь ждут унижения, страдания и голод.

Но мы не о войне. Мы о человеческой личности в периоды форс-мажоров.

Представим, что находимся в аэропорту страны, на которую с неба падают бомбы. Как вы думаете, кого мы увидим там в зале вылета? Естественно, в первую очередь богатых и респектабельных ее граждан, ценящих свой комфорт и, тем более, жизнь. У которых есть деньги и возможность избежать «неудобств» военного времени. И отсидеться где-нибудь далеко от опасности, пока не прекратится кипиш. После чего они вновь вернутся на родину делать деньги. В основной своей массе это «хамелеоны», которые способны приспособиться к любым обстоятельствам. И везде будут следовать конъюктуре: надо будет – польют свое отечество грязью, припомнят ему старые обиды, коих у любого из них множество. Но могут и выйти с флажочком на демонстрацию в его поддержку, даже помочь частью «кровно нажитых», что, конечно же, бывает реже.

А теперь переместимся в зал прилета. Стоит ли удивляться тому, что основная масса прибывающих – это простые трудяги? Они пахали где-то на чужбине, дабы заработать семье на кусок хлеба. Услышав, что отечество в опасности, прибыли подставить ему плечо. Здесь у нас автоматически возникают претензии к постулату классиков марксизма-ленинизма, согласно которому «у пролетариев нет отечества». С точностью до наоборот! Эти, вторые, менее ухожены, хуже одеты, не исключено, что менее умны, чем первые. Но мы не об этом.

Мы о другом, а именно о связи между экономическим положением личности и ее отношением к государству и обществу. А связь эта весьма тесная, даже закономерная. Понятно, что на эту взаимосвязь будут влиять гены этой личности, ее воспитание и обстоятельства, в которых она сформировалась. Поэтому велика вероятность, что у Рокфеллеров вырастут подобные им чада, а у пассионариев – им соответствующие. Здесь важно подчеркнуть, что дело не в том, что первые плохи, а вторые – нет. Речь идет о закономерности: с изменением материального положения человека, как правило, меняется и его личность.

Помнится, в конце 80-х познакомился с одним человеком. Одно время даже считал его другом. Часто общались, дискутировали, сидели за одним столом. В мутных водах 90-х он поймал неплохую рыбку и взлетел экономически. Попросил как-то взаймы немного денег, туго было. Отказал, хотя это ему не стоило бы ничего. С этого момента он перестал общаться со мной, и именно тогда я понял, что мы стали представителями разных классов, как говорится, количество перешло в качество. Позже мы возобновили общение и контактируем по сей день, но причина этих его метаморфоз в том, что, как и многие везунчики тех лет, с олимпа 90-х он рухнул-таки вниз.

Государства - тоже как личности. Первая группа государств - это богатые, респектабельные и высокомерные демократии, которые ставят себя выше всех. Им должны все, но они – никому. Вторые - это те, кто прямо-таки видит в дружбе с ними свое счастье. Это типа арабских монархий Ближнего Востока, благополучие которых оказалось подобием карточного домика, правда, сложенным из пачек долларов. Третьи – самодостаточные страны-цивилизации с мощными устоями, ставящие свой суверенитет на первое место. Это типа Китая, Ирана и России. Четвертые в силу ограниченности своих возможностей пытаются приспособиться то к одним, то к другим… Это сегодня называется многовекторностью.

Как страны, так и отдельные личности конечной целью своего развития ставят вхождение в круг первых, где вольготно и сытно. Но если для стран это уже практически невозможно по причине размывания основания построенной ими финансовой пирамиды и нарушения устоявшейся в мире пищевой цепочки, за счет чего эти так называемые демократии и существуют, то для вторых это осуществимо через вывоз капитала. Здесь мы не можем однозначно утверждать, является ли этот процесс легальным и не противоречит ли он интересам того государства, откуда этот капитал вывозится. Но что-то подсказывает, что в его основе всегда лежит криминал. Те, кому удается это сделать, особенно если речь идет о ворованных государственных деньгах, но избежали тюрьмы, автоматически становятся небожителями, даже гуру нации, наделяя себя полномочиями поучать из-за кордона свое лапотное и немытое отечество премудростям жизни и экономики. Так рождаются Аблязовы и Ходорковские…

Мораль сей «басни» следующая:

в периоды форс-мажоров государство может положиться только на простой народ.

Не на представителей богемы, бизнеса, политики или диванных экспертов, а на простой народ. Только он может подставить государству плечо, не задав вопроса: «А что мне будет взамен?». И чем больше в законах и политике государства учитываются интересы простого народа, тем мощнее будут его устои.